Письмо к архитектору Е. А. Левинсону

 

1952 г.
 
[...] А ведь прямо стыдно смотреть на «номерные» опусы этой стройки. Стыдно за то, что ты архитектор. Какое творческое убожество! Какое бессилие творческой мысли! Какая беспомощность! Какая попросту дрянь.
 
Пытаются выдать ситро за шампанское. И ведь люди пьют и похваливают. И не поймешь: то ли эти люди никогда не пили настоящего шампанского (хотя бы цимлянского), то ли притворяются или принуждены притворяться в силу разных соображений. Я совершенно дезавуировался, как говаривал Гальперин *, рассматривая фотографии шлюзов в газетах и журналах. Боже мой! Какая диспропорция между архитектурой в целом и самой идеей Великих Строек — великих в полном смысле этого слова! Ведь Волго-Дон — это гигантейший шагище вперед всей страны, преобразование природы, невиданный масштаб... и рядом, беспомощные арки, могущие впечатлять м. б. где-нибудь на Крюковом канале, в городе, но никак не на степных просторах. Забыли, не поняли, что строят не в городе, что «оформлять» следует не только канал, а и степь, забыли про ансамбль, о котором так много говорят и до сих пор не знают, с чем его едят. Словом, расписались в своей полной беспомощности и творческой неподготовленности к участию в решении таких великих, таких Грандиозных задач.
 
* Архитектор О. М. Гальперин, много лет сотрудничавший с А. С. Никольским.
 
Ведь вот Чехов на кусочке жизни маленького мальчика Егорушки развернул такое грандиозное полотнище степи, что сама степь спасует перед этим описанием ее. [...]
 
А в данном случае, товарищи, что мы имеем? Мы имеем товарищи, жалкие бабушкины клумбы, беседки, эклектический бег на месте. Имеем, товарищи, ненаказуемый пока формализм чистейшей воды. [...]
 
[...] И скажите, где же тут шаг вперед в архитектуре вообще или хотя бы по сравнению с [каналом] Москва — Волга?
 
Взят ли в этой стройке барьер, отделяющий нас от идеала (встанем на минуту на эту точку зрения), — архитектуры Греции, Рима или хотя бы жолтовской классики?
 
Никакого рекорда, никаких взятий, никаких шагов вперед — одно мелкое подражание, эклектизм низкой пробы, на которых, как известно, вперед не ездят.
 
Чего стоит один полуциркуль Глухой арки в Набережной Волги под монументом вдохновителя всех этих великих строек! У меня нет сил отделаться от впечатления «сточных вод», хотя я уверен, что автор стремился этим «архитектурным мотивом» придать сооружению «водяную» характеристику, забыв и о Волге и обо всем на свете, кроме листа полуватмана и первосортных «увражей» и среди них, может быть, первым помнит фонтан Томона у Пулковских высот. [...]
 
 
 

Добавить комментарий

Подтвердите, что вы не спамер
CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).