О высшем архитектурном образовании

 

* Доклад, по-видимому, подготовленный к первому Всесоюзному совещанию по вопросам архитектурного образования, состоявшемуся в 1935 г. Фонд ГМИЛ, КП-55378.
 
[...] Архитектурное образование — один из важнейших элементов культурной жизни нашей страны — должно занять определенное место в общем плане развития и работы СССР и в свою очередь должно быть построено как единая стройная система подготовки архитектурных кадров снизу доверху, от начальной школы и кончая аспирантурой. [...]
 
[...] Основным центральным звеном системы архитектурного образования является высшая архитектурная школа... Это звено должно работать на базе достаточно высокой общей архитектурной культуры широких масс трудящихся (школы художественной подготовки при фабриках, заводах, домах культуры и т. п.) и солидной эстетической и художественно-теоретической подготовки будущих студентов в средней школе [...]
 
[...] Высшая архитектурная школа увенчивается конечным звеном организованного совершенствования архитекторов — курсами повышения квалификации, архитектурными мастерскими, научно-исследовательскими институтами, Академией архитектуры и Академией художеств. Здесь, на путях бесконечного развития, создаются мастера-архитекторы, педагоги и теоретики, разрабатывающие кардинальные вопросы архитектуры. [...]
 
[...] Инженерные дисциплины в архитектурном вузе — вопрос до сих пор не решенный. Будущим архитекторам упорно преподносятся сокращенные курсы, части курсов, читаемых на инженерных факультетах, что делает из студентов второстепенных инженеров и не дает архитектору нужных инженерных знаний и навыков.
 
Нам, архитекторам, нужны новые, свои архитектурные курсы технических дисциплин. Эти новые курсы должны быть созданы инженерами при ближайшем сотрудничестве с архитекторами и под наблюдением и контролем кафедр архитектурного проектирования. [...]
 
[...] Полноценная архитектура является всегда органическим и гармоничным синтезом искусства, науки, техники и социальной идеологии. [...]
 
[...] Общеизвестно и бесспорно положение, что без революционной теории нет революционной практики. Перефразируя эту мысль, мы могли бы сказать, что «без архитектурной теории нет архитектурной практики», нет полноценной архитектурной практики.
 
Чем сложнее задачи, стоящие перед архитектором, тем менее он, даже при наличии большого таланта, может опираться в своей практике лишь на одну интуицию и тем более он должен черпать из систематически накопленных знаний, теории архитектуры, одновременно максимально развивая, разумеется, и архитектурно-художественные способности и творческие навыки.
 
Развитая теория архитектуры безусловно необходима и как метод критического освоения архитектурного наследия, которое у нас все еще нередко вырождается в присвоение, механическое непрочувствованное заимствование готовых форм, в подражание. По существу, теории архитектуры мы еще не имеем. [...]
 
[...] Сейчас в порядок дня ставится проблема индустриализации строительного дела в нашем Союзе, которая должна в корне изменить наши проектировочные и строительные навыки, которая может само слово «строительство» заменить словом «монтирование». [...]
 
[...] Новые технические возможности должны родить новые архитектурно-творческие навыки, новые приемы, новые формы, новые образы, новое искусство.
 
Но если мы от этих рассуждений обратимся к чисто профессиональным соображениям, то и тогда, чтобы творчески сознательно относиться к образцам прошлого, чтобы сделать их для себя творчески полезными, надо знать свои технические и материальные возможности и на основе этого знания и применения современных конструкций, современных материалов делать свои архитектурные решения... свои архитектурные формы. [...]
 
[...] Преклонение, особенно преклонение сознательное и осознанное, перед взлетами архитектурного гения минувшего законно и заслуживает всяческого уважения, но если это преклонение превращается в обожание и фетишизирование, слепое подражание, сопровождается отказом от использования возможностей, предоставляемых жизнью, это незаконно и неверно, это извращение самой сущности архитектуры, свободного творчества из многообразных элементов архитектурных образов и форм, это отказ от самих себя, это творческое бессилие, недостойное нас и нашей героической эпохи. [...]
 
[...] Возьмем пример железобетона — нового материала, который, по моему разумению, медленно и плохо осваивается как техникой, так и архитектурой. Архитектурное освоение железобетона, данное конструктивизмом и функционализмом, дальше первичных стадий не пошло. Трудная задача освоения новых материалов и конструкций — впереди и является не печальной необходимостью и несчастьем архитектора, а его первейшим и важнейшим делом в борьбе за лучшее будущее архитектуры. [...]
 
 
 

Добавить комментарий

Подтвердите, что вы не спамер
CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).