Роль форм промышленной архитектуры в образовании стиля

(Der stilbildende Wert industrieller Bauformen). 
 
Эта статья В. Гропиуса была опубликована в сборнике, посвященном художественным проблемам строительства транспортных и фабрично-заводских сооружений. Сборник вышел к открытию выставки Немецкого Веркбунда в Кёльне 1914 г. и имел общее заглавие «». К этому времени В. Гропиус стал уже деятельным членом Веркбунда. В теоретических дискуссиях он принимал сторону Петера Беренса и Генри ван де Вельде, выступая за ответственность художника в создании предметного окружения в условиях стандартизации и механизации производства.
 
Ван де Вельде отмечал позднее, что в 1914 г. В. Гропиус показался ему наиболее интересным и здравомыслящим молодым художником, способным к теоретическому мышлению, так что он серьезно подумывал о возможности передать В. Гропиусу руководство Школой прикладного искусства в Веймаре, основанной им в 1908 г.
 
Искусству истекших десятилетий не хватало объединяющего идейного центра, а тем самым и жизненно необходимых условий для плодотворного развития. Это время, целиком занятое материальными вопросами, было лишено каких-либо духовных идеалов, которые одни могли бы дать художнику-новатору возможность освободиться от эгоцентрических представлений и обратиться к темам, понятным для всех. В сфере духовной жизни отсутствовало единство мнений, и искусство — всегда стремящееся отразить явления духовной жизни — являлось точным воспроизводителем этого внутреннего разброда. Понимание кардинальной проблемы — проблемы формы — было полностью утрачено.
 
Преувеличенное значение, которое придавали при оценке произведения искусства назначению и материалам, полностью соответствовало такому грубому материализму. За внешней оболочкой забывали о внутренней сути. Но сейчас, хотя все еще и преобладает такое узкоматериалистическое отношение к жизни, нельзя не заметить проявлений сильного и единодушного стремления к культуре. Как идеи нашего времени преодолевают материальные оковы, так и искусство обнаруживает стремление к единству форм, к стилю; вновь стали сознавать, что подлинная ценность художественного произведения определяется настойчивостью в изыскании новых форм. Пока идейные позиции неустойчивы, не направлены к единой цели, искусство не в состоянии породить стиль; иначе говоря, оно неспособно объединить творческие усилия многих вокруг единой идеи. В наши дни начинает исподволь проявляться общность взглядов, способная избавить мир от хаоса индивидуалистических воззрений. Мощные социальные стремления обнаруживаются в крупнейшей задаче нашего времени — обеспечении организационной связи всех областей материальной и духовной деятельности человечества. Решение этой проблемы общемирового значения становится центральной этической задачей современности; искусство тем самым вновь сможет обрести в своих произведениях идейные темы для художественной символизации. Поскольку творческая энергия всегда направляется в те области, где в наиболее очевидной форме сконцентрированы идеи своего времени, вполне закономерно, что сегодня искусство предпочитает решать задачи, по существу своему тесно связанные с современными идеями и обусловленные новейшими требованиями. Первые явные признаки начала расцвета обычно обнаруживаются в произведениях архитектуры, так как архитектура является мостом между искусством и практической жизнью. Прежде чем перевести современные духовные и материальные запросы на ритмический язык архитектуры, архитектор обязан лично в них разобраться. Ведущая роль в наше время принадлежит торговле, технике и транспорту. Поэтому такие современные задачи, как строительство вокзалов, фабрик, как создание транспортных средств, вдохновляют подлинных творцов, а не украшателей, значительно больше, чем традиционные строительные проблемы; в самой сущности этих новых задач они видят возможности более самобытного проявления творческой фантазии. Задача состоит в том, чтобы создать законченные и выразительные формы — типичные формы — современных сооружений, обслуживающих транспорт, промышленность и торговлю, решая при этом новые пространственные проблемы с привлечением новых технических средств. С одной стороны, техника с ее современными материалами и конструктивными идеями обеспечивает все более смелые решения статических задач, с другой стороны, современная проблема организации движения является совершенно новым и определяющим фактором объемно-пространственного решения. Предельное использование прочности материалов и максимально экономная затрата пространства и времени стали основополагающими положениями в творчестве архитектора; если архитектор осознает их необходимость, если они станут его внутренним убеждением, он сумеет повсюду выявить их сущность; путем вдохновенного подчеркивания проникнутых ими форм он раскроет основной замысел сооружения в целом для любого человека.
 
Следует постоянно иметь в виду, что художественная форма кажется нам красивой не потому, что красота присуща самому материалу от природы, а потому, что выразительные средства, имеющиеся в нашем распоряжении, способны образовать стиль. При оценке с художественной точки зрения новых форм, порожденных запросами транспорта и промышленности, часто высказывают мнение, что может быть создан стиль, который будет целиком определяться соответствием этих форм своему назначению и примененным материалам. Однако не следует смешивать законы, которым подчиняются материалы и конструкции, с законами искусства. Только полное совпадение технической формы с формой художественной, формы, определенной расчетом устойчивости, со зрительным восприятием ее устойчивости свидетельствует о совершенстве архитектурного произведения. Достижение такой гармонической согласованности требует огромной творческой настойчивости. Постигаемый разумом математический расчет устойчивости существенно отличается от инстинктивно воспринимаемой гармонической уравновешенности частей здания, так же как конструктивная форма — от формы художественной. Сравнив несколько материалов разной прочности с технической и эстетической точек зрения, легко убедиться, что обеспечение расчетных требований еще не означает удовлетворения эстетических запросов. Опирание деревянной балки большого сечения на два тонких металлических стержня может быть оправдано расчетом, однако зрительное несоответствие между несомым и несущим будет коробить художественно восприимчивый глаз — прочность материала не воспринимается здесь зрительно, поскольку чувство надежности возникает в результате гармоничного соотношения зрительно воспринимаемых размеров сечений. Примирение этого противоречия может быть достигнуто лишь путем согласования формы, определенной инженерным расчетом, с архитектурной формой; научный метод инженера должен идти рука об руку с творческим методом художника. Из множества возможных решений следует выбрать такое, которое в равной степени удовлетворяет художественному чутью и отвечает точным знаниям инженера. Только такое содружество сможет привести к созданию органичных форм.
 
Перед архитектурой всегда стояла одна и та же задача: организовать объемы и пространства. Этого не смогут заменить никакая техника и никакая теория. Телесность объемов может быть обеспечена сочетанием любых материальных элементов; однако художественный гений находит средства и пути  создавать впечатление замкнутости пространства и их физической непроницаемости даже из таких почти «бестелесных» материалов, как сталь и стекло. Следует отметить, что стремление к таким формам в наиболее непосредственном виде начало проявляться прежде всего в развитии промышленных форм. При строительстве стальных мостов и крупных цехов, при постройке современных средств транспорта и машин стремятся всеми средствами достичь целостных форм. Предпочтение, которое сейчас отдают сплошным металлическим конструкциям перед прежними решетчатыми, продолговатые, похожие на торпеду, формы автомобилей и сплошные кожухи на современных машинах со всей очевидностью показывают, сколь значительную роль стала играть проблема формы именно в области промышленности. Все второстепенные детали подчинены общей крупной и простой форме; эти формы в конечном итоге, достигнув совершенной законченности, станут символическим выражением внутреннего содержания современной архитектуры. В архитектуре лучших современных сооружений наглядно выражено их практическое назначение. Тема движения — ведущая тема нашего времени — приобрела в их облике самое разнообразное зримое воплощение. Не возникает никакого сомнения в назначении транспортных зданий и сооружений, в которых происходит и которые организуют движение,— это отразилось в их ритмически расчлененных объемах; современные наземные, водные и воздушные средства транспорта — автомобиль и железнодорожный поезд, пароход и парусная яхта, дирижабль и самолет — стали символами скорости. Их ясные, легко воспринимаемые с первого взгляда внешние формы устраняют представление об их технической сложности. Техническая форма и форма художественная слились в единое органичное целое.
 
Творения индустрии и техники должны стать отправной точкой для разработки и развития новых форм. Чем шире разольются идейные течения нашего времени, как бурный поток смывая на своем пути все преграды, тем большим единством выразительных средств будут отличаться все проявления нашей жизни. Таков путь к созданию стиля, которым будут проникнуты все без исключения разветвления художественной деятельности человечества. Однако лишь тогда, когда человечество обретет счастье в новой вере, искусство сможет выполнить свое высшее назначение и, достигнув полного совершенства, вновь обратиться к радостному украшению первоначально суровых форм.
 
 
 
поддержать Totalarch

Добавить комментарий

Подтвердите, что вы не спамер
CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).