Практика советской архитектуры

 

* Из статьи «Практика советской архитектуры». — «Архитектурная газета», 1935, 23 марта.
 
Новое большое строительство в Советском Союзе фактически началось в 1923 году при создании сельскохозяйственной выставки в Москве. К постройке выставки были привлечены крупные проектировочные и строительные архитектурные силы. Выставка была закончена менее чем в год, причем выяснилось, что мастерство и умение справляться со сложными архитектурными задачами не иссякло, что у нас имеются специалисты по крупным архитектурным проектировкам и строительству. Выставку построили из дерева, но масштабы ее были столь велики, территория в 60 гектаров так интересна по своей конфигурации и местоположению на берегу Москвы-реки, почти в центре Москвы, что это деревянное строительство приняло высокохудожественные формы. В плане выставки, в оформлении ее зданий выявился ряд течений архитектурной мысли, впервые конкретизировавшихся в натуре после многих конкурсов, на которых архитекторы решали задачи только на бумаге.
 
Тенденция советских архитекторов строить по-новому и думать по-новому ясно определилась после конкурса на Дворец Труда, объявленного Моссоветом также в 1923 году.
 
Архитектурная мысль, устремившаяся к решению новых объектов, захотела решить их по-новому и в конструктивном и к формальном отношениях [...] Архитекторам казалось, что все новые формальные подходы к задачам архитектуры являются созвучными социалистическим установкам, созвучными тому новому классу, который стоит у власти. Все старое отбрасывалось без оговорок, как буржуазное, несозвучное современной эпохе.
 
Исходя из этих узких предпосылок и недостаточно широкого анализа архитектурных проблем, архитектурная мысль некоторых групп скатилась к простому подражанию западноевропейским мастерам, опиравшимся на удешевленные и рациональные конструкции, характерные для строительства послевоенных лет Западной Европы.
 
Однако обновленные формы и конструкции, заимствованные из Западной Европы, в нашей архитектуре выродились в упрощенчество, не основанное ни на высокой квалификации исполнителей, ни на наличии высокосортных строительных материалов, потребных для такого строительства. Получился ряд неувязок. Мы шли ко все более и более упрощенным стандартам, пока, наконец, не пришли к коробочным сооружениям, которые в настоящее время вызывают всеобщий протест. Эти коробочные сооружения, скверно исполненные, плохо остекленные, с плохими деревообделочными работами, без тонкой проработки металла, являются карикатурой на новый стиль в архитектуре, использующий новые стройматериалы — железо, сталь, железобетон, хромо-никелевую сталь, дюралюминий, освежающий внешность и внутренность зданий новыми строительными материалами и приемами строительства.
 
Однако, несмотря на ряд недостатков нашего строительства, советская архитектурная мысль все же чрезвычайно много сделала для разработки новых типов социалистических сооружений. Этим наши архитекторы завоевали большое внимание специалистов Западной Европы, выразившееся в посвящении советской архитектуре номеров специальных журналов и в помещении в передовых западноевропейских журналах лучших наших произведений и проектов.
 
Кульминационным пунктом практики новой советской архитектуры был конкурс на Харьковский оперный театр. На конкурс было представлено несколько сот проектов, чрезвычайно любопытных по изобретательности архитектурной мысли и наших и зарубежных авторов (включительно до японцев).
 
Действительно, и форма зрительного зала, и форма сцены, и крыша театра, предназначенная для ночных спектаклей и кино, были выполнены в большинстве проектов в формах новой архитектуры. Были использованы в проектах и новейшие конструкции и другие новинки техники.
 
Следующим решительным сдвигом, положившим начало новому течению, отличному по своим установкам от конструктивизма, был конкурс на проект Дворца Советов, вернее, ряд конкурсов, на которых перед архитекторами была поставлена задача — создать сооружение, достойное новой эпохи, эпохи социализма.
 
Требования, предъявляемые к Дворцу Советов, заставили архитекторов синтетически подойти к пластическим искусствам, учесть опыт прошлого, когда живопись, скульптура и архитектура тесно сплетались в произведениях великих зодчих.
 
Конструктивисты резко возражали против использования наследия прошлых эпох, считая это наследие реакционным, мешающим правильному ходу творчества и движению вперед архитектурной мысли. Вместе с тем сторонники формальных течений не могли создать совершенно новых форм, отвечающих грандиозным замыслам новой советской архитектуры; они продолжали вращаться в кругу заученных элементов, которые за 10 лет своего существования стали приедаться не только специалистам, но и широким кругам советской общественности. Деление фасадов зданий на горизонтали и вертикали, без ясно выявленных и прочувствованных пропорций, без сочного рельефа, без скульптуры и живописи стало казаться недостаточно ярким и убедительным для современного советского строительства.
 
Выступали в строительстве и группы мастеров с классическими установками, которые академическая школа проводила в течение столетий и у нас и в Европе. Тенденции классической школы господствовали в Европе со времен итальянского Возрождения, и лишь в конце XIX века, когда техника достигла колоссальных успехов, Америка выдвинула ряд новых архитектурно-строительных идей, отразившихся в строительстве небоскребов. С точки зрения архитектурно-художественной первые небоскребы Америки не внушали доверия к их архитектурному совершенству, так как детали зданий были механически заимствованы из стилей прошлых эпох — классического или готического. Только после мировой войны, когда в американские конкурсы включились европейские архитекторы, в проектировку небоскребов было внесено новое течение.
 
Небоскреб для «Чикаго-Трибюн», спроектированный германским архитектором Гропиусом, явился откровением н трактовке новой архитектуры небоскреба. Выступивший на архитектурном поприще и написавший несколько теоретических исследований об архитектуре французский архитектор Корбюзье также внес большое оживление в архитектурное творчество. Однако ни Гропиусу, ни Корбюзье не удалось на конкурсе Дворца Советов дать для этого сооружения классические образцы новой мысли. В результате неудачи этих мастеров большинство наших архитекторов обратилось к изучению прошлых эпох, чтобы, овладев историей и теорией архитектуры, двинуть вперед современное зодчество.
 
В Москве создана Академия архитектуры. В Академии повышают квалификацию и мастерство молодые архитекторы, создается большая библиотека, работают специальные технические кабинеты по строительству, истории и теории архитектуры.
 
Конструктивизм и упрощенчество пустили глубокие корни в наших вузах, и это помешало молодым кадрам получить глубокое архитектурное образование. Не удивительно поэтому, что первые шаги нашей молодежи трудны и неуверенны.
 
Строительство в нашей стране развивается с колоссальной быстротой. Время требует от архитектора большой аналитической и синтетической работы.
 
Чтобы не отстать от жизни, нам предстоит поднять уровень формальных знаний, углубить теоретический багаж молодежи, создать кадры, глубже вникнуть в сущность строительства социализма. [...]
 
 
 

Добавить комментарий

Подтвердите, что вы не спамер
CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).